Факты и цифры

Конопля усмирит боль

05.07.2017 - 720 просмотров

Вопрос: «Что такое медицинская конопля, какие подвиды, гибриды и сорта конопли к ней относить?» -  пока спорный. Одни в понятие «медицинская» вкладывают все эффекты, проявляющиеся при употреблении любых субстанций из конопли, не деля их на наркотические и лечебные. Там, где победил такой подход, активно идет легализация и конопли, и марихуаны (медицинская марихуана так или иначе уже разрешена более чем в 30 странах).

 

Другие - жестко дистанцируются от наркотических препаратов и не связывают свою продукцию с любителями выкурить косячок. Еще больше разногласий между сторонниками медицинской конопли и теми, кто выделяет полезные вещества, обладающие целебным действием, из обычной технической конопли, которую курить для сомнительного удовольствия бессмысленно.

 

Впрочем, споры, спорами, но верх берут их общие противники, утверждающие, что любая конопля – страшный вред и угроза человечеству, а все разговоры о пользе  этого древнего растения лишь для того, чтобы усыпить бдительность населения. Пока ученые, политики, специалисты сельского хозяйства и медицины будут разбираться, редакция решила перепечатать фрагменты статьи Ильи Дашковского, опубликованной в издании «Коммерсант», которые чуть-чуть рассеивают туман вымыслов...

 

"Мировой рынок медицинской марихуаны неуклонно растет, а лидером в области научных разработок для него уже стал Израиль. Медицинская марихуана в стране легализована с начала 1990-х — тогда начались первые эксперименты в отдельных больницах. Официально применять ее стали в 1996 году, что делает местную медицинскую программу по каннабису одной из старейших в мире. Но первый шаг был сделан еще в 1960-е израильским химиком Рафаэлем Мешуламом, благодаря работам которого Израиль стал пионером в использовании каннабиса для обезболивания и лечения различных заболеваний. Впрочем, за употребление канабиса без рецепта гражданам страны может грозить штраф (согласно официальной статистике, таких штрафов было выписано чуть больше трех тысяч).

 

Пример из жизни

 

Два с половиной года назад Авиху Тамир каждый месяц на несколько дней выпадал из жизни: он страдал сильными мигренями, а порой голова болела так, что работать он просто не мог. "Никакие обезболивающие, которые мне прописывал врач, не помогали, и я пропускал несколько дней на работе каждый месяц из-за болей",— вспоминает он. Так продолжалось до тех пор, пока доктор не предложил ему попробовать каннабис в качестве лекарства от мигрени.

Авиху согласился, хотя до этого не курил даже табак. Как и многие израильские пациенты, он пришел на инструктаж к медсестре, которая показала ему, как применять новое лекарство. Пациент был в шоке — он ведь не на вечеринку тинейджеров пришел, а лечиться! Но новое средство ему помогло, поэтому Авиху заинтересовался проблемой и обнаружил, что каннабис дают пациентам во всем мире, от Канады до Австралии.

 

Авиху уже несколько лет занимался бизнесом, и поэтому довольно скоро простой интерес вырос в медицинский стартап Kanabo Research. Он разработал вапорайзер, контейнеры дозаторы с переработанным в густое масло каннабисом для снятия боли, от бессонницы, при нервных расстройствах, и приложение, которое показывает на телефоне полученную дозу  препарата и отсылает информацию врачу. Кайф словить от этого препарата сложно: различные вариации CBD только устраняют боль, лечат тревожные расстройства или нарушения сна. Настроение от препарата не меняется, да и работать можно наравне со всеми. Возможно, вапорайзеры для каннабиса станут для людей, страдающих различными болями, таким же заурядным прибором, как глюкометр для диабетика.

 

Подобных стартапов в Израиле уже больше 500. А вот фермеров, которые поставляют сырье, пока всего восемь. Один из них, Гери Колин, глава фермы Teva Adir, выращивает каннабис с 2007 года для 1500 пациентов. "Лицензии выдаются Минздравом, и главный критерий у них — возможность обеспечить безопасность продукции, ее качество и опыт выращивания",— объясняет он. Его ферму, например, 24 часа в сутки патрулируют вооруженные охранники, а по периметру территории с теплицами установлены камеры слежения. Без этого лицензию не получить. Сорта у медицинской марихуаны свои — нужно относительно стабильное содержание определенных каннабиноидов, причем не обладающих наркотическим действием.

 

В ближайшее время местный Минздрав выдаст еще 26 лицензий, но поскольку всем новичкам необходим опыт, они так или иначе будут связаны с восемью пионерами. Если сейчас восемь ферм обеспечивают сырьем более 20 тыс. пациентов внутри страны, то с появлением новых производств, станет возможен экспорт. Законы для разрешения поставок в Австралию и Канаду уже готовятся. Планируют выдавать лицензии и производителям марихуаны в Германии и ЮАР.

По прогнозам экспертов через три года объем рынка медицинской марихуаны в денежном выражении превысит $20 млрд. ( с 2016 года рост практически на 700%), а к 2025-му рынок легального каннабиса достигнет $50 млрд.

 

Пока основной производитель (и потребитель) медицинской конопли — США (чуть не 90% рынка): по данным неправительственной организации ProCon, в 2016 году 1,246 млн пациентов в США получали рецепты на употребление каннабиса. Однако по лечению веществами из каннабиса аутизма, эпилепсии, псориаза и других болезней лидирует Израиль, в котором ведется 120 проектов, на реализацию которых только американские компании вложат в различные израильские исследования и разработки свыше $100 млн. А в 2018-2019 годах инвестиции могут достичь уже $1 млрд.

 

Пока главное направление использования каннабиса в медицине — это снятие болей: от передозировки опиоидных обезболивающих, к которым возникает физиологическая зависимость, только в 2015 году в США умерло более 20 тыс. человек, а в Израиле, в 2014 году – 28 тыс.человек. От каннабиса нет зарегистрированных смертей. Единственное ограничение: он не помогает при некоторых хронических болях".

 

 

До 1960-х в СССР было больше специалистов по конопле, чем где-либо в мире. Даже сейчас Россия — одна из немногих стран СНГ, где есть агрономы, знающие, как ее выращивать. На полезную коноплю работает и российский климат, в котором тетрагидроканнабинолы не образуются. Более того, конопля посевная (С. Sativa), которую выращивают во всем мире для получения ткани и масла, отличается от конопли индийской, и в специальных технических сортах этого вида практически нет запрещенных веществ",— объясняет директор Пензенского НИИСХ Александр Смирнов.

 

Его полностью поддерживает директор АПАК (Агропромышленная ассоциация коноплеводов) Альберт Попов. "Нас конопля в детстве фактически окружала, росла везде — вдоль дорог, по оврагам, никто и не думал использовать ее наркотические свойства. Это все равно что пытаться "балдеть" от репья и крапивы",— утверждает он. При этом селекционеры медицинского каннабиса отмечают, что и в посевном каннабисе много каннабиноидов в определенном климате, поэтому он тоже подходит для использования в лечебных целях. Однако пока у нас о медицинской, безнаркотической конопле стараются просто не говорить.

 

Тем не менее, все это не помешало с1960-х приравнивать обычное растение к наркотическому (именно тогда СССР начал подписывать международные договоры с ООН, которые должны были помочь бороться с наркотиками). "Чиновники даже вникать не стали, что у каннабиса разные виды и тот, что выращивался в СССР, а сейчас в России, к наркотику в нашем климате никакого отношения не имеет. Особенно специальные сорта, где наркотических веществ нет",— отмечает Попов.

 

А до этого коноплеводов уважали, более того, СССР был фактически монополистом — до 90% конопли производили в нашей стране. Убедиться в этом можно, просто присмотревшись к главному фонтану СССР "Дружба народов" на ВВЦ: в центр снопа из пшеницы и подсолнечника помещены листья каннабиса — все главные сельхозкультуры.

 

После подписания соглашений коноплю в СССР (и практически во всем мире) прекратили выращивать. От того времени остались только семена в НИИ — их продолжали пересевать для сохранения сортов. "Фактически коноплеводство вернулось в Россию только в 2007 году. Тогда были сняты первые барьеры",— утверждает Альберт Попов. Конкретно — перестал существовать категоричный запрет на возделывание конопли. По словам эксперта, возврат к культуре (российские производители используют только посевную коноплю, для изготовления масла и тканей) происходит потому, что она прибыльная, особенно на фактически пустом рынке. Рентабельность в ассоциации оценивают в 20-25% — как у медицинского каннабиса в Израиле. При этом площади и рынок могут быть несравнимо больше.

 

Однако до сих пор производители конопли живут с множеством ограничений и сталкиваются с банальным непониманием властей. По словам Альберта Попова, директора хозяйств каждый сезон сами на себя пишут заявления в местную полицию. Что-то вроде: "Считаю нужным сообщить, что на этом поле нами посеяна конопля, прошу произвести проверку". "Естественно, ТГК (тетрагидроканнабинол) проверка не находит, но иногда аграриев заставляют, не дожидаясь результатов экспертизы, заранее скашивать посевы. Или указывают в качестве вещдоков тонны "изъятой" конопляной тресты, улучшая отчетность в борьбе "с незаконным оборотом наркотиков".

 

Хотя сотни миллионов долларов, которые уже маячат на горизонте медицинских стартапов, российским коноплеводам не светят, отрасль за прошлый год выросла в полтора раза, считают в АПАК. "О производстве каннабидиола (CBD или КБД) в медицинских целях мы пока только мечтаем — сегодня более актуальна задача снять пробелы в действующем законодательстве именно для сельхозпроизводителя, избавив его от возможного самоуправства и злоупотреблений со стороны правоохранительных органов. И наша отрасль, и общество к этому вполне готовы",— заключает Альберт Попов.

 

Медработники пока не могут принять такую вероятность. Их можно понять: случаи уголовного преследования врачей за рецепты даже на обезболивающие из утвержденного списка для тяжелых больных известны всем. Те же, кто все-таки считает допустимым говорить о каннабисе в медицине, как и их западные коллеги, признают, что у него есть определенные преимущества перед опиоидными анальгетиками.

 

Врач невролог-вертебролог и альголог Александра Москвичева отмечает, что в первую очередь, говоря об обезболивании препаратами такого типа, врачи имеют в виду пациентов, страдающих крайне тяжелыми заболеваниями, чаще в терминальной стадии, когда боль становится непереносимой. "Каннабис воздействует на два звена возникновения боли. В головном мозге она подавляет болевые импульсы, тем самым снимая болевой синдром, а также воздействует на рецепторы клеток иммунной системы, подавляя воспалительную реакцию",— объясняет Москвичева. Кроме того, марихуана способна подавлять тошноту, что важно для пациентов, проходящих химиотерапию.

 

Но есть ряд проблем, которые могут делать применение каннабиса неэтичным с медицинской точки зрения. Дело в том, что у пожилых людей каннабис вызывает больше побочных эффектов, чем у молодых, например галлюцинации, продолжает специалист. Хронические же боли как раз чаще встречаются у средней возрастной группы и у пожилых людей, а не у молодых.

 

Наконец, даже с существующим очень ограниченным списком разрешенных обезболивающих в России пока большие проблемы. "Служба обезболивания у нас развита очень слабо: мы только начинаем осознавать необходимость помощи пациентам с хронической болью. О хорошей помощи на практике говорить даже не приходится, потому что нет законов, которые четко бы расписали, чего государство ждет от врачей, фармацевтов, производителей и пациентов. 

 

Полностью статья опубликована 6 мая 2017 года на сайте "Коммерсант. Деньги"


Еще статьи
Сообщить об ошибке



Подписка на новости
Оформить заказ: